Сериал «Зависть» — это запутанный поток судьб, в котором тянутся тонкие нити желаний и ненависти, словно зловещие тянучки в морской глубине. Так вот, он рассказывает о жизни героев, которые, словно фигуры в мозаике, складываются в сложную картину страданий и страстей, захватывая зрителя словно притяжение притяжения внутренней тьмы. Итак, начнём с того, что в центре повествования — судьба Сенихи, женщины, что всю жизнь шла по краю, как тень забвения, между раем и адом — ее неумелая борьба за место под солнцем, за любовь, за право быть хоть чуть-чуть счастливой, словно невидимая пылкая искра в темной ночи. Вот, Бог в Брюсселе, в потрёпанном халате, управляет судьбами своих детей, кажется, не более чем забавный старик, преподающий уроки судьбы с горькой иронией — его заповеди, как неуловимый туман, исчезают на солнце. Так вот, его дочь Еа, мучимая осознанием бессмысленности божественного фаворизма, решает вмешаться — она шлёт ужасные даты смерти на мобилы, словно предостережение, наводя страшение и тревогу. Ну и, конечно, она сбегает из дома, чтобы найти свой путь среди чужих лиц и шумных улиц, загоняя судьбу в угол, а всяких интриг, как червей в яблоке, становится больше. Чем дальше, тем ярче проявляется история Сенихи — женщины, что всю жизнь носила в себе чёрствый груз неудач и разочарований, словно незримый эхом отзывается в сердце сквозь годы. Так вот, Халит, её брат — показан как юрист и сердцеед, — кажется, увлечен молоденькой Мюкеррой, но их брачный союз не так прост, как кажется — там крутится один таинственный музыкант, словно тень, и всё это словно цветы, вьющиеся сплетением страстей и ревности. Итог таков — Сениха, чтобы обрести свою свободу, готовит месть, открывает тайны и тем самым расшатывает устои своей жизни, словно корабль в бурю, — и каждый персонаж, словно взрыв в темной ночи, ищет свой свет. Вот, сериал «Зависть» — это ода судьбе, наполненная поэтическими образами, трепетными надеждами и страшным розыгрышем жестокой реальности. Всем сердцем он полон метафор — подобно разломам в зеркале, внутри которых кроется вся кромешная правда чужих и своих игр. Пусть и кажется, что всё потеряно, — всё же в этом мире есть место для смеха и слез, для зла и добра, и, может быть, именно в этом заключается его истинная зависть.